Сегодня газета отмечает свой 85‑летний юбилей. В рамках торжеств редакция представила серию воспоминаний бывших сотрудников, для которых работа в газете стала не просто карьерой, а важной частью жизни. Одной из таких историй является рассказ Алены Шагаровой, которая посвятила «Местному времени» более тридцати лет своей жизни. Ее судьба, как и судьба ее семьи, неразрывно связана с историей издания. Местное время рассказывает о том, как семья Алены стала настоящей газетной династией.
История их связи с газетой начинается с деда Алены, Владимира Корчемкина, который с 1969 по 1979 год возглавлял районную газету, тогда ещё носившую название «Ленинское знамя». Он писал не только серьезные политические репортажи с окружных конференций, но и острые фельетоны, высмеивающие бюрократов и нерасторопных начальников. Под псевдонимом Владимир Корень, он стал известен в журналистских кругах как Корчма. Его путь в журналистике начался на фронте, где он писал для фронтовой газеты, а затем окончил Высшую партийную школу и получил удостоверение ТАСС, которые до сих пор бережно хранятся у внучки.
Работа в редакции стала вторым домом не только для Владимира Сергеевича, но и для всей его семьи. Мать Алены, Светлана Владимировна Второва, начинала как машинистка, а затем дослужилась до выпускающего редактора, занимая эту должность до самой своей кончины. Бабушка работала бухгалтером, тетя Ольга и сестра Евгения – машинистками. «Нас - меня, брата и младшую сестру - называли «дети редакции», - вспоминает Алена. - Все нас знали: от редакторов до уборщиц. Даже вопросов не возникало, кто мы такие. Журналист Татьяна Мотошина часто шутила: «Вы выросли под столами редакции».
В детстве Алена проводила много времени в типографии, где наблюдала за процессом создания газет. Линотипы, стол метранпажа и другие загадочные механизмы стали для неё интереснейшими игрушками. «Мы ребятишками везде вертелись - и в типографии, и в редакции, - рассказывает она. - Поэтому я всё знала с азов». Однако сама Алена не пошла по стопам деда и не стала журналистом, хотя такая возможность у неё была. Однажды в Ленинграде её долго уговаривали поступить на факультет журналистики, но она чувствовала, что это не её путь: «Думала, буду просто занимать чье‑то место, а более талантливый человек не сможет учиться». Вместо этого она окончила школьный учебно-производственный комбинат по специальности «секретарь-машинистка» и пришла в редакцию в качестве машинистки, где её приняла на работу легендарный редактор Валентина Пятырова.
Когда в редакции начали переходить на компьютеры, Алену перевели на набор, а вскоре Валентина Михайловна настоятельно предложила ей научиться верстке. «Хватит сидеть на наборе, давай учись верстке», - сказала она. Всего два дня обучения, и скоро Алена осталась один на один с макетом полосы. «Чем труднее, тем интереснее, - признается она. - Я сразу делала несколько вариантов, чтобы журналисты могли выбрать, как лучше подать материал». Со временем Алена стала тем специалистом, к которому обращались, когда нужно было подготовить полосу для журналистского конкурса профмастерства.
«Они все ко мне тащили эти конкурсные полосы, - улыбается Алена. - Говорили: «Ты сейчас будешь крутить, вертеть её так‑сяк, а мы посмотрим». Я старалась, чтобы было не просто грамотно, а красиво, чтобы взгляд цеплялся». Алена сравнивает верстку с работой шеф-повара: «Когда повар готовит, аромат такой, что хочется попробовать. А если блюдо еще и красиво оформлено, то прямо тянет взять и съесть. Так и с газетой: материал может быть отличным, но если сверстать кое‑как, его могут просто не заметить». Она до сих пор узнает свои макеты в старых подшивках: «Как детей не забудешь, так и полосы свои. Моя же верстка – что, я её не узнаю?»
Особенно её запомнилась полоса, посвященная писательнице Маргарите Кузьминичне Анисимковой, близкому другу семьи. Сложнее всего было обработать фотографию: Маргарита Кузьминична из-за проблем со зрением носила темные очки, и нужно было так настроить изображение, чтобы сквозь стекла хоть немного проглядывал живой взгляд. «Хотелось, чтобы был именно живой человек, энергичный, каким она и была», - говорит Алена.
Праздничные номера также оставили немало эмоций. «Мы намаялись тогда здорово, - смеется она. - Никогда раньше не работали с полным цветом. Боялись, что на бумаге всё выйдет совсем не так, как на экране». Пробный сигнальный номер печатали при Валентине Пятыровой. Она предложила сделать пробный разворот, чтобы посмотреть, как цвета отпечатаются. «Это как лаборатория: капну столько‑то, добавлю вот столько - ага, получается такой‑то цвет». В итоге вышел красивый номер, на развороте которого лежал рыжий тигр с черными полосами, что символизировало наступление года Тигра.
Алена с особой теплотой вспоминает своих коллег. Фотограф Андрей Кобелев умел так снять человека, что фотография запоминалась надолго. «Он сначала прочитает материал, а потом уже идет фотографировать, - рассказывает она. - Под этот текст делает снимок, а не просто «нащёлкает»: «Нате, выбирайте». Андрей сам обрабатывал снимки и подсказывал верстальщикам, как лучше их разместить. Лариса Калачева, по словам Алены, была «журналистом от Бога»: она писала на сложные экономические темы так, что их понимали даже далекие от экономики люди. Читатели звонили и благодарили за разъяснения.
Кроме того, Гуля Бессонова писала душевные, жизненные материалы, а спортивный корреспондент Валентин Мальков умел подать спортивную новость так, что она становилась интересной даже тем, кто спортом не увлекался. «В редакции все друг друга понимали с полуслова, - делится Алена. - У нас был свой жаргон: «Ты мне сейчас дырку собираешься закрывать или нет?» Постороннему человеку это звучало странно, а нам всё было понятно».
Интересный момент произошел в её жизни, когда ей выпала возможность отправиться в командировку. Обычно такие поездки достаются журналистам, но Алена отправилась в Сургут, чтобы выяснить, почему смазанные фотографии регулярно портили выпуски газеты. Она целый день наблюдала за процессом, выясняя, что основная проблема заключалась в том, что барабаны плохо мыли. «Одна газету напечатали, а барабан не промыли - и всё смазывается, получается мазня», - поясняет она. Эта поездка стала единственной в её жизни, но она подарила Алене важное понимание типографского процесса и чувство причастности ко всему циклу создания газеты, от текста до готового тиража.
Кстати, и дети Алены не остались в стороне от газетной жизни. Младшая дочь Ксения даже поработала верстальщиком в редакции во время отпуска на основной работе, быстро переняв от мамы знания. Старшая дочь Настя тоже приходила помогать. «Я одна их воспитывала, поэтому оставалась и за уборщицу, и дежурила, и всё, что подвернется, - говорит наша героиня. - Дочки с раннего возраста помогали, сами себе зарабатывали на вкусняшки». Однако для Алены всегда оставались главными две ценности - семья и редакция. «Редакция и семья - это равно жизнь, - заключает она. - Я была на своем месте, занимала свою нишу. Со всеми горестями, со всеми трудностями: и твое горе поймут, и твое счастье разделят».
Проработав в «Местном времени» 31 год, Алена Шагарова вспоминает эти годы с теплотой: «Это была счастливая звезда надо мной. Я была счастлива, когда работала в газете». Даже о непростых ситуациях она говорит с улыбкой, например, о случае, когда сутенер, пришедший к журналистке Татьяне Мотошиной по поводу её материала о проституции, кивнул на Алену и сказал: «А вот эту бы я к себе взял». Женщины тогда посмеялись, и Алена подметила: «Нормально, пойти что ли подработать по вечерам?» Мама обрезала: «Я тебя подработаю».
Сегодня Алена смотрит на судьбу газеты с болью и гордостью: «Она становится всё меньше, но - живет. Молодец! Сильная женщина, наша газета. Я люблю сильных людей. И сильных женщин». Эти воспоминания - не просто рассказ о работе, это история о том, как газета становится частью семьи, а коллектив - второй семьёй. В 85‑летие «Местного времени» подобные истории особенно ценны, ведь они напоминают, что за каждой полосой стоят живые люди, их труд, их тепло и их любовь к своему делу.